Мейкеры всех стран: кто такие новые изобретатели и что они создают

Мейкеры всех стран: кто такие новые изобретатели и что они создают

  • Post category:Новости

В конце ноября в Москве состоялся Международный киберфестиваль Rukami — событие, сравнимое со знаменитым Comic Con, но объединяющее изобретателей. «РБК Стиль» поговорил с руководителем проекта Rukami Натальей Смелковой

Фестиваль идей и технологий Rukami очень молод: ему исполнилось два года, и в 2020-м он впервые дебютировал в онлайне — сложная задача для практически новорожденного события.

Проект Rukami вырос из Кружкового движения Национальной технологической инициативы (НТИ) и собрал вокруг себя всероссийское сообщество мейкеров, или изобретателей.

На Международный фестиваль — главный форум конкурсных проектов Кружкового движения и научно-технический праздник в онлайне — пришли 40 тыс. посетителей, трансляции выступлении 140 спикеров во «ВКонтакте» смотрели 600 тыс. пользователей. Аудитория увидела писателя-фантаста Питера Уоттса, геронтолога Обри ди Грея. Сайт фестиваля с «Метаполисом» и «Метапортом» создавала Студия Артемия Лебедева, эпизоды эксклюзивного киноквеста с участием актеров Юры Борисова, Глеба Калюжного и Анфисы Черных снимал режиссер Сергей Филатов; путешествия участников фестиваля в Дагестан, Крым и на смотровую площадку PANORAMA 360 башни «Федерация» в «Москва-Сити» обеспечили популярные блогеры. Дебют оказался пышным и увлекательным.

«РБК Стиль» оценил инициативу и фестивальный ажиотаж и решил узнать у руководителя проекта Rukami и директора Центра поддержки проектов по развитию талантов НТИ в фонде «РВК» Натальи Смелковой, кто такие мейкеры, зачем им свой фестиваль, причем тут Америка и Сингапур и что будет дальше.

© пресс-служба

Все слышали про «сделай сам», а вот «мейкерство» — это понятие необычное для широкой аудитории. Объясните, почему именно мейкеры, а не изобретатели? Не с лингвистической точки зрения (хотя и с этой тоже), а в плане наполнения термина.

Мы не придерживаемся какого-то одного конкретного термина, а стараемся использовать сразу несколько синонимов. Используем термины «мейкеры», «изобретатели» и еще «технологические энтузиасты». Именно потому, что термина, более точно описывающего то, чем мы занимаемся, на самом деле не существует в русском языке. Более того, пару лет назад, перед запуском проекта, мы пытались его придумать. Были самые разнообразные варианты. Вплоть до «изобретатор». Но они нас на 100% не удовлетворяли.

Если говорить о том, в чем принципиально расходятся термины «мейкер» и «изобретатель», мне кажется, что зерно кроется в слове «воплощать». Потому что мейкер воплощает собственные идеи, а изобретатель может оставить их на бумаге. И многие мейкеры могут стать изобретателями, а часть изобретателей — мейкерами. Понятия близкие, но не совсем тождественные, мы работаем со всеми.

Мы делаем проект для молодежи, и нам важно быть на одной волне. Когда мы обращаемся к ним словом «изобретатели», для них это олдскульно. Когда мы говорим «технологические энтузиасты», веет бюрократией. А когда мы называем это «мейкерством», удается найти общий язык.

Можно ли назвать мейкерством, например, кружок бисероплетения?

Технически это действительно мейкерство, но не то, которым мы занимаемся в проекте Rukami и Кружковом движении НТИ. Это крафтовое мейкерство — оно интересно хотя бы потому, что развивает мелкую моторику (если речь идет о детях). И все-таки крафтовое мейкерство находится за пределами нашего проекта.

Мы больше занимаемся цифровым мейкерством, техническим творчеством — это уже другая ступень. Начинается она с инженерии, продолжается электронными устройствами и цифровым техническим творчеством.

© пресс-служба

Это наверняка связано с популярностью технических профессий и интереса к цифровому миру, который процветает лучше, чем, например, выжигание?

Я бы сказала, что все процветает, и весьма хорошо, потому что у всего есть свое предназначение. Технологии для молодежи как воздух — их невозможно игнорировать, невозможно прожить без них, как бы мы ни старались, и это не что-то страшно-непонятное, а полезное. Уметь с ними обращаться, уметь творить — одна из задач проекта.

Как реагирует на ваш проект аудитория?

Я бы начала с Кружкового движения в целом. Человеку всегда было присуще разбирать что-то до винтиков, пытаться что-то сделать самому, но если вспомнить про дедушек, мам и пап, то это было мейкерство самодостаточное. Люди что-то чинили в гаражах, делали это без посторонней помощи. А сейчас мейкерство — это комьюнити, сообщество. Поэтому отчасти термин так популярен в мире. Это веяние нашего времени, конца XX — начала XXI века, случившееся во многом благодаря интернету. Значение комьюнити сейчас очень велико, а для мейкерства оно и вовсе стало ключевым фактором, которое придало импульс активному развитию движения.

Сейчас это большое значимое сообщество, участники которого придают друг другу импульс для идей, развития талантов, делятся друг с другом ресурсами. Есть глобальное движение «Мейкеры против COVID-19», которое родилось в разгар пандемии на Западе, а в России получилось одним из самых мощных. Часть этого сообщества — Maker VS Covid — Junior, — школьники и студенты Кружкового движения НТИ, которые старались что-то сделать своими руками. Они создавали маски для докторов, защитные щитки, придумывали, как усовершенствовать перчатки.

© пресс-служба

В каких странах существуют движения мейкеров?

Это повсеместное явление. Сложно назвать страну, в которой его нет. Огромное количество «фаблабов» (мастерских), организаций при университетах и школах, которые занимаются инновациями и развитием инновационного бизнеса. В Финляндии, Америке, Китае — везде устройство движений отличается. В последнем случае это связано с быстротой перехода идеи к ее воплощению в массовом производстве. В Сингапуре, где тоже процветает мейкерство, другая специфика. В этой стране практически нет собственного производства, зато у них хорошие университеты. Им важно продвигать мейкерство в университетах, чтобы те, кто придумывает что-то новое, делали бы это без отрыва от реальности, с пониманием, как все производится.

Есть огромное количество конкурсов для мейкеров в Азии, например, International Exhibition for Young Inventors, проходящий в разных городах от Токио до Джакарты. Думаю, что практически в любой стране, где так или иначе занимаются инновационным производством, будет поддержка мейкерства, в том числе со стороны государства.

Без вмешательства государства не обойтись?

Государство часто дает импульс движению, а то, как оно развивается дальше, зависит от разных факторов, в том числе от социокультурных особенностей страны. В США поддержка мейкерства начиналась с подачи государства (например, при Бараке Обаме в Белом доме проводили Maker Faire), но серьезное влияние там оказывает бизнес. В развитии технического творчества заинтересовано и общество. В то же время в США мощно развит краудфандинг, и все эти команды мейкеров, которые вчера были просто дворовыми ребятами, могут собрать на свои проекты хорошие деньги, потому что обществу это интересно. У нас эта культура пока только начинает развиваться.

Кроме того, в Америке при многих корпорациях есть свой мейкерспейс, где можно что-то творить, создавать новое. Так в General Electric созданы специальные условия, чтобы поддерживать идеи и оформлять на них патенты вместе с их авторами из таких мейкерспейсов.

Но если вернуться к мировой картине, то мейкерство — это мощное движение, признанное, заметное, оказывающее большое влияние.

© пресс-служба

Что конкретно в нашей стране делается для развития мейкерства? Кто поддерживает инициативу?

В России существует Национальная технологическая инициатива — объединение, которое занимается созданием условий для компаний, чтобы в будущем они лидировали на новых технологических рынках. В начале, когда НТИ создавалось, были выбраны приоритетные рынки, например, «Автонет», «Хэлснет», «Нейронет». Карта этих рынков постоянно пополняется. Также существуют сквозные технологии, которые проходят через несколько рынков: big data, искусственный интеллект, беспилотный транспорт и так далее.

Когда мы говорим про высокотехнологические рынки, про лидерство страны на мировой арене, мы понимаем, что никуда не деться без высококвалифицированных специалистов, которые работали бы не только в крупных корпорациях, поддерживая эти рынки, но создавали бы сами новые технологии, стартапы, продукты.

Кружковое движение НТИ — инициатива, которая занимается решением задачи по формированию в России следующего поколения таких предпринимателей, инженеров, ученых, менеджеров. Мы пытаемся сделать так, чтобы кружки и их проекты растили следующее поколение, на плечах которого будут развиваться проекты Национальной технологической инициативы.

Объединение Национальная технологическая инициатива было основано в 2016 году по поручению президента России. У истоков НТИ стояли Правительство РФ, РВК, АСИ, Российская академия наук, ведущие университеты и бизнес-сообщества. В 2018 году распоряжением правительства учреждена «Платформа НТИ» для сопровождения технологических проектов с вовлечением регионов, вузов и организаций, помогающих компаниям и стартапам искать и использовать ресурсы.

Объединение НТИ нацелено на создание благоприятных условий для реализации технологических проектов, осуществление их финансовой и нефинансовой поддержки. В основе Национальной технологической инициативы — компании-лидеры, которые занимаются разработкой «дорожных карт» девяти основных рынков НТИ вместе с представителями власти, институтами развития, а также научными и образовательными организациями.

Сколько лет Кружковому движению?

Чуть больше пяти. Проект Rukami — не первый в Кружковом движении. Начиналось оно с командной инженерной Олимпиады НТИ. А Rukami — два года.

В каком российском городе живет больше всего изобретателей?

Поскольку мы делаем не только московский киберфестиваль, но и федеральный конкурс, а также региональные фестивали (в этом году 15, в прошлом — 10), то много ездим по регионам. Сложно выделить город, в котором живет больше изобретателей, потому что мейкеры есть везде, их очень много. Каждый регион абсолютно самобытен, это проявляется во всем — в том, как налажена инфраструктура, какие области более развиты.

Например, в Белгороде много проектов связано с агропроизводством, в Якутии — с экологией, во Владивостоке — с изучением мирового океана, в Новосибирске — просто очень активное мейкерское движение, участники которого всегда быстро и с энтузиазмом реагируют на всевозможные конкурсы и олимпиады. В Новосибирске одни из самых активных конкурсантов, оттуда приходит много необычных проектов. В прошлом году мы проводили там фестиваль. Новосибирск очень легкий на подъем.

© пресс-служба

Москва и Петербург, наверное, впереди планеты всей.

Да. Если говорить о том, где больше всего мейкеров, то Москва будет на первом месте за счет огромного населения. Так что я не беру столицу в расчет — слишком очевидно.

Как устроены фестивали Rukami, в чем различие региональных и московских?

В регионах главная задача — собрать местное сообщество. Цель фестиваля — не просто развлечь, увлечь и популяризировать кружковое движение и мейкерство. Фестиваль — это точка сборки всего, что происходит в техническом творчестве региона. Это повод всех собрать, перезнакомить, запустить коллаборации, перспективные проекты подружить с бизнесом или администрацией. Фестиваль никогда не был равен просто ивенту, и в регионах это особенно чувствуется. Так, в прошлом году случилось с одним из конкурсных проектов. Челябинские дети собрали специальную установку по сортировке твердых отходов, представитель администрации увидел проект, очень заинтересовался, и во время фестиваля все договорились, что будут создавать прототип и тестировать его в парках. Но наступил 2020-й год, пандемия, и на какое-то время стало не до парков.

Судьба проектов как-то отслеживается?

Сейчас из-за особенностей года некоторые проекты существуют в замороженном виде, но они никуда не денутся, в том числе, челябинский. Того времени, что существует проект Rukami, достаточно, чтобы начинать собирать первые результаты. Но выводы будут позже. Два года назад проект только утвердили. Период его активной жизни гораздо короче, чем два года.

© пресс-служба

Расскажите об аудитории Rukami — это дети, подростки, взрослые?

Проект Rukami — верхушка воронки, через которую мы привлекаем детей, их родителей и наставников в Кружковое движение. Проект работает на максимально широкую аудиторию. Но ядро, целевая аудитория — это подростки 12–20 лет. Есть и другая важная аудитория — дети 7–12 лет. Приходится работать и с ними, и с родителями. Потому что дети этого возраста не всегда принимают решения самостоятельно. Подростки — более сложная аудитория. Они уже как будто принимают решения самостоятельно, но в чем-то их убедить очень легко, а в чем-то почти невозможно. Это создает свои коммуникационные вызовы, но не делает наши задачи менее интересными.

Какого плана коммуникационные вызовы?

С одной стороны, подростки — легко убеждаемый народ и легко увлекаемый простым развлекательным контентом. А нам хочется в такой контент внедрить максимум содержания. С другой стороны, мы находимся в сложном и высококонкурентном поле с другими организациями, брендами, явлениями, которые также борются за внимание этой аудитории. На фестивале мы это очень ощущали.

Современных детей часто недооценивают. Как думаете, зря?

Это миф каждого поколения — думать, что с детьми что-то не так. Все с ними хорошо, я вам точно говорю. Несмотря на карантин и все тяготы этого года, в этот раз на конкурс мейкерства поступило со всей страны около 900 проектов. Это много, потому что каждый принимается с основательным описанием, презентациями, требованиями. Не каждый проходит отбор. Детям интересно заниматься этим. И если вы думаете, что ваш сосед-подросток — бездельник, целыми днями катается на скейтборде и слушает музыку, которая вам не нравится, это совсем не значит, что он потерян для общества и технического творчества. Скорее всего, он к этому борду уже давно прикрутил новые колеса, чтобы он лучше ездил. Музыку он, возможно, уже сам пишет, и давно преуспел в технологиях. Так что не стоит недооценивать современных детей.

В этом году проекты в основном молодежные, не детские. Среди них огромное количество связано с улучшением социальной среды, условий для людей с ограниченными возможностями, с экологией. Значит, молодежи такие темы интересны, она готова ими заниматься, причем глубоко, доводить замысел до стадии конкурсного проекта. Мне кажется, это очень хороший сигнал.

© пресс-служба

Была уверенность, что вы скажете, что в трендах цифровые проекты, разработка видеоигр.

Такое тоже есть, и я ожидала, что таких проектов будет большинство, особенно в год, когда мы сидим дома с детьми и компьютером. Даже проекты, заточенные под AR-технологии и мобильные приложения, в этом году связаны с образованием, условиями для людей с ограниченными возможностями, с развитием территорий и так далее. Дети используют гаджеты и технологии как инструмент для донесения важных социально значимых сообщений.

Победители Всероссийского конкурса проектов Кружкового движения Rukami

Направление TECH

  • Беспилотная платформа МРК-750 «Орлан» для контроля состояния железнодорожных путей (Волгоград).
  • Программа Emotion PLAYER на основе ИИ, анализирующая визуальный медиаконтент и определяющая возрастной рейтинг по системе MPAA (Нальчик).

Направление BIO

  • Устройство «Умная одежда. Вторые глаза» для незрячих людей. Оснащено ультразвуковым датчиком, фиксирующим препятствия и предупреждающим об опасности движения (Московская область).
  • Электробионический протез правой кисти человека CyberBionic, способный совершать движения по желанию владельца (Новосибирск).

Направление ART

  • Мини-оркестр на руке в виде перчатки Muse-Gloves. Каждый палец может выполнять одну или несколько функций, нажимая ноты, настраивая эффекты и регулируя параметры звука (Комсомольск-на-Амуре).
  • Проект Seen your sin — изображения отсканированных экранов смартфонов, на которых застыли сюжеты из Сети. Изображения расположены на лайтбоксе с подвижным основанием из диодов, которое имитирует работающий сканер (Москва).

Направление FUN

  • Приложение IT-Грамотность для обучения основам информатики и информационных технологий (Ростовская область);
  • настольная игра «ARляндия» с применением дополненной реальности: участники играют в урбанистов, учитывая пожелания горожан и организовывая застройку города (Иркутск).

Номинация «Сделай мир лучше»

  • Тактильная-аудиальная перчатка-тренажер для реабилитации после инсульта — специальная перчатка, помогающая детям, перенесшим инсульт, разрабатывать мелкую моторику (Алтайский край);
  • «Умная» трость — устройство в двух комплектациях: SC-1 для людей с проблемами зрения, SC-2 для людей с проблемами опорно-двигательного аппарата. Оснащена ультразвуковым дальномером, который с помощью звуков и вибраций сообщает владельцу о препятствиях перед ним, а также GPS-датчиком для поиска владельца в экстренной ситуации (Псковская область).

«Народное голосование»

  • «Трон айтишника» — арт-объект из старой компьютерной техники с охлаждением сидения, светодиодной подсветкой и «секретной» кнопкой, нажатие которой включает фанфары (Пенза);
  • Проект фрезерного станка с ЧПУ — станок, функционирующий с ЧПУ как единая система, при этом в девять раз дешевле обычного (Белгородская область).

На фоне того, что мы все знаем, как соблазнительны для детей успехи блогеров, как их убедить выбрать профессию инженера? Инженерное дело сейчас считается престижной профессией?

Вообще, ребенку стоит сказать, что выбирать ему совершенно необязательно. Видеоблогеры должны чем-то развлекать свою аудиторию, то есть в чем-то разбираться, чтобы рассказывать это подписчикам. Только тогда блогер может быть интересен не в моменте, а востребован регулярно, собирать подписчиков. Профессия инженера могла бы дать блогеру контент. Я считаю, что отношение к профессии инженера меняется. Многие родители уже осознали, что экономисты и юристы — профессии прекрасные, но не только за ними будущее. Это прослеживается в востребованности технических специальностей, в спросе на них в вузах. На фестивале Rukami выступал Александр Воронин, представитель компании Siemens, который говорил, что недооценивать инженеров сейчас не стоит. Инженеры уже давно неплохо зарабатывают вне зависимости от того, запустили ли они свой успешный продукт сами или работают в корпорации. С инженерами все хорошо.

Мир становится все более междисциплинарным, и техническое творчество, кружки — это не только об инженерах. Они и есть носители межпредметности, и за ними будущее. Например, биотехнологии — это ведь и естественные, и точные науки. В конкурсах проекта Rukami мы оцениваем синтетические проекты. В них программирование смешивается с медициной, экология — с информатикой, наукой, технологиями и искусством.

Профессия инженера сейчас не относится к узкоспециализированным, она востребована практически во всех областях.

Проводить онлайн-мероприятие легче, чем офлайновый ивент?

Онлайн организовать тяжело, но интересно. Стоят немного другие задачи. Как и вся ивент-индустрия, весной мы оказались в сложной ситуации. Несколько месяцев мы существовали в диком стрессе, прорабатывая два варианта — офлайн-фестиваль, запланированный на конец лета, и онлайн-фестиваль. Мы отказались от идеи отменить фестиваль в 2020 году — проекту всего год, а вокруг него сформировалось сообщество. Детство и юность быстро проходит, начинающие мейкеры и изобретатели ждут нового события, и оставить их без него мы не могли.

Когда мы поняли, что будет онлайн, встал вопрос борьбы за внимание аудитории. В офлайне его завоевать легче: если участники зарегистрировались на событие, организатор их уже не потеряет. В прошлом году, к слову, некоторые гости приходили на второй день, а это отличный показатель.

Онлайн ставит задачу удержать на сайте подростковую аудиторию как можно дольше. Было понятно, что формат с видеозвонками и выступлениями не сработает. Поэтому мы искали другие варианты, нам нужен был стержень программы.

© пресс-служба

«Из всех искусств важнейшим для нас является кино?»

Мы вспомнили про интерактивное кино, о котором ведется много споров — кинематограф это или видеоигра, — и решили, что мы спорить об этом не будем. Мы превратим фестиваль в игру на основе киноквеста. Это и будет стержень всей программы. Мы удержим зрителя, потому что он начнет проходить киноквест и ему будет интересно узнать продолжение. Чтобы узнать продолжение, нужно заработать «метакоины», которые даются за активности — участие в мастер-классах, лекциях спикеров и других мероприятиях.

У нас был «метапорт» — формат, вдохновленный историей с Фарерскими островами, жители которых водили онлайн-экскурсии с GoPro в разгар карантина. Мы решили, что было бы здорово познакомить людей с прекрасными уголками нашей страны, внедрили историю с аватаром на сайте, подключили три локации — Дагестан, Крым и Москву — смотровую площадку на 89-м этаже «Москва-Сити». В локациях дежурили блогеры.

Участники фестиваля шли в «метапорт», стояли в очереди, взаимодействовали с блогером и получали свои три минуты наслаждения видами, узнавали интересный факт о выбранном месте и снимали фотографию на память.

Организовать киберфестиваль было сложнее, чем привычный фестиваль в реальной жизни, где достаточно грамотно собрать контент и распределить его по площадке. Делая онлайн, мы понимали, что не просто переносим офлайновое событие в виртуальный формат, а собираем абсолютно новый продукт, хотя и с похожим названием — Московский международный киберфестиваль.

Кто помогал разработать сайт фестиваля?

Дизайн сайта сделала Студия Артемия Лебедева. Они же организовали «погружение» с помощью 3D-моделирования, которое зацепило пользователей и не дало им уйти. Мы сделали погружение в кроличью нору с вопросами, ответив на которые участники получали своего аватара и с его помощью проходили киноквест. Сложную платформу сайта, на которой мы смогли воплотить такие сумасшедшие идеи, как метапорт или управление арт-объектом, разработала команда «Вебпрактик».

Вы заманили в киноквест самых модных актеров, создали сайт, проделали огромную работу, чтобы все это заработало. Как все сошлось?

У нас прекрасные актеры: Анфиса Черных, Глеб Калюжный, Юра Борисов. Еще мы взяли двух непрофессиональных актеров, блогеров — Ольгу Клещевникову и Милану Гасымову, которые прекрасно справились.

Нам невероятно повезло с сильной командой: коммуникационное агентство Forza PA вместе с нами собирало программу мастер-классов, Студия Лебедева создавала нарядный облик фестиваля, студия «Вебпрактик» занималась разработкой и поддержкой платформы, команда агентства Deasign из Санкт-Петербурга занималась киноквестом, продакшн-студия Storm Production днями и ночами снимала эпизоды киноквеста. Объем работ был значительный, не обошлось без творческих баталий.

Киноквест — наше совместное детище с режиссером Сергеем Филатовым. Большой творческой группой мы обсуждали все: выбор актеров и сюжетных ходов, сцены с компьютерной графикой, звуком, оформление. Не могу не отметить огромную роль моего мужа кинорежиссера Владимира Смелкова, который как внештатный консультант многое сделал, чтобы киноквест получился замечательным. У нас сложилась прекрасная высокопрофессиональная команда.

Эти фильмы можно будет увидеть в Сети?

Да, мы объявим позже.

© пресс-служба

Ожидания по количеству посетителей фестиваля совпали с реальностью?

Да. Зарегистрировались 40 тыс. человек, более 700 тыс. просмотров — для двухдневного онлайна это отличный показатель. Если бы мы делали открытый фестиваль без регистрации, то считали бы количество уникальных пользователей, которые заходят на страницу. В нашем случае были большие цифры. Мы прекрасно понимаем, что процедура регистрации отпугивает интернет-пользователей, но для нас важно создать базу, с которой мы продолжим работать в дальнейшем.

Киберфестиваль — это экспериментальный формат или вам он кажется вполне надежным? Будет ли он повторяться в следующие годы?

Московский фестиваль только закончился, а региональные еще продолжаются до конца декабря. Делать выводы еще рано. Хочется оценить ситуацию в комплексе — и по контенту, и по платформе, и по московским и региональным результатам. По итогам года мы будем понимать, как поступим с онлайн-активностями. Мы все не знаем, что будет дальше, и прогнозы делать сложно. Но на сегодняшний день, с опытом офлайнового фестиваля на ВДНХ в 2019 году и виртуального в 2020-м, мы готовы к любому сценарию.