Долгий путь на короткую дистанцию: как достичь того, к чему стремишься

Долгий путь на короткую дистанцию: как достичь того, к чему стремишься

  • Post category:Новости

Лауреат «Русского Букера» Александр Снегирев доходчиво объясняет, что необходимо понять каждому, чтобы обрести то, за чем мы гонимся во все времена

Александр Снегирев, политолог, писатель

Слово «космос» впервые появилось у древних греков. Оно означало порядок, гармонию, прекрасное. У Гомера космос — это громадный дом, где живут и борются люди и боги.

Платон одушевляет космос, приписывает ему наличие души и не отделяет от человека. Вспомним «Илиаду». Пишу «вспомним», будто хорошо ее помню, на самом деле просто совпадение: недавно попался на глаза отрывок, посвященный изготовлению Гефестом щита для Ахиллеса. Ахиллес — это тот, которого играл Брэд Питт. На щите нашлось место и земле, и небу, и реке Океану, и прекрасному солнцу, и серебряному месяцу. На щите уместились люди и животные, праздники, войны и все прочее, свойственное этому миру. Ахиллесу принадлежал не щит, а все бытие.

Если античные философы видели мир гармоничным, то европейское Средневековье подарило нам дуализм. Космос разделился на «град Божий» и «град земной», последний по большей части находится в ведении сатаны, а Христос занят спасением нас от самих себя.

Слово «космос» впервые появилось у древних греков. Оно означало порядок, гармонию, прекрасное.

Что такое космос сегодня? Это безвоздушная тьма со множеством звезд, это фотографии с марсохода, это высокотехнологичные выходки Илона Маска и мемы с Рогозиным. Соревнование за покорение космоса продолжается десятки лет, идеализм уступил место практичности. В космосе столько всего: добыча редких ископаемых, база на Луне, интересы военных, доходы от туризма.

Если вернуться к античным и средневековым учениям о микрокосме и человеке, расположенном в центре мироздания, получается, что мы прилагаем неимоверные усилия, тратим баснословные ресурсы, чтобы бежать от самих себя. Средневековые философы смотрят на нас и вздыхают: мы бурим землю, роем шахты, строим заводы, конструируем ракеты, сжигаем топливо, чтобы бежать от земного хаоса в небесную упорядоченность.

И что же мы встречаем? Первым делом, разумеется, Чужого. Ну а кого еще, Бога Гагарин в космосе не видел. Впрочем, Чужой, возможно, и есть… На этот счет у режиссера Ридли Скотта целая теория. Человечество смогло наконец-то полететь к звездам — и каков результат? Результат любопытный: человек встречает чудовище, которое невозможно без человека. Только в человеке оно может вызреть до нужной кондиции, чтобы вылупиться из нас и нас же прикончить. Если отрешиться от экранной жути, саспенса и прочих перипетий, то картина складывается глубоко философская. Мы столько веков напрягались, чтобы стать суррогатной матерью для дряни, от которой нет спасения. Вот тебе и внутренний космос…

Мы прилагаем неимоверные усилия, тратим баснословные ресурсы, чтобы бежать от самих себя.

В XII веке монахиня Хильдегарда Бингенская написала целый трактат, основанный на собственных видениях. Согласно откровениям Хильдегарды, человек несет в себе небеса и землю. За много веков до нее философы рассматривали человека как сочетание основных стихий: земли, воды, воздуха и огня. Пищеварительные маршруты Рабле и Джойса можно трактовать как вполне себе космические. Сегодня мы называем собственный желудок черной дырой. Шутки шутками, а в наших желудках и вправду исчезают целые вселенные, и отыскать их потом не возьмется ни один нобелевский лауреат.

Скажете, я против прогресса, против покорения далеких миров, против устремлений ввысь и только за внимание к себе, за обжорство и пищеварение. Нет, я не против. Во-первых, это очень увлекательно, а во-вторых, мы так устроены, что оценить близкое можем только издалека: чтобы увидеть во сне траву у дома, приходится лететь к далеким планетам, чтобы выжить в большом космосе, приходится прикрываться от его ударов космосом малым — вспомним щит Ахиллеса. Так уж повелось, что подлинное понимание вещей можно обрести, только утратив их. Космос нам нужен, чтобы понять и принять Землю, понять и принять себя, чтобы осознать: существенной разницы между тем, что внутри, и тем, что снаружи, нет. И только поняв это, мы обретем то, за чем гонимся во все времена, — счастье. Для этого и нужны все наши жертвы и усилия. Кроме того, надо же как-то развлекаться.